Тема:

Допинг-скандалы 4 суток назад

Родченков изменил внешность, но показал ее на весь мир

Зачем поменял внешность? Информатор Всемирного антидопингового агентства Григорий Родченков дал интервью американскому телеканалу CBS. Он рассказал, что находится под программой защитой свидетелей. Именно по этой причине, кстати, он и отказался отвечать на вопросы спортивного арбитража. Говорит, небезопасно — новую внешность никто не должен увидеть.

Он зачем-то красуется в бронежилете. И затем демонстрирует, как накладывают грим, много грима. Видимо, кожа после пластических манипуляций еще не отошла. Григорий Родченков изменился, но не до неузнаваемости. Лицо раздуто, вырос нос и щеки, на подбородке — ямочка. Цель таких манипуляций объясняют сразу: "Есть информация, что моя жизнь в опасности".

Заявляет, что охотятся за ним российские спецслужбы. Зачем, если, по его же словам, он уже передал WADA все, что имел? Но журналист об этом не спрашивает. Репортера Скотта Пелли интересует, кажется, не столько допинг, сколько один единственный человек – президент Путин.

В рассказе Родчинкова — ничего нового. Снова про некую "потайную дыру", через которую выносились допинг-пробы, о некоем "водопроводчике Евгении", который тайно работал на ФСБ. Журналист спрашивает: "Но как спецслужбы могли бы вскрыть надежно опечатанные пробы?". И Родченков, кажется, впервые признается: "Я никогда не видел, как это делалось. Это было каждый раз как чудо".

Тут бы спросить, откуда Родченков тогда вообще знает, что пробы вскрывались. Но журналиста это не интересует. Гораздо важнее, сколько медалей надо отнять у России. "Сколько из золотых медалей в Сочи были завоеваны допинговыми спортсменами?" – так звучит вопрос. Григорий Родченков отвечает, что пять.

И опять же резонно бы узнать, почему тогда спортивный арбитраж в Швейцарии оправдал большинство российских олимпийцев, и вернул им медали. Но нет, в интервью это так и не прозвучало. Так же, как и десятка других вопросов. Например, зачем, скрываясь ото всех, давать интервью и прогуливаться вот так.

Изменить для конспирации внешность, но показать ее на весь мир. Отказываться, отвечать на вопросы спортивного арбитража — мол, опасно, даже по видеосвязи, но давать интервью журналисту. Непоследовательность поведения человека с установленным психиатрическим диагнозом понятна. Так же, как понятно то, почему ему сказали сейчас дать это интервью: допинговые обвинения в адрес российских спортсменов разбиты в суде. И чтобы поддержать шумиху, нужны новые — якобы Родченков стал мишенью и скрывается от российских спецслужб под софитами телекамер.

Сегодня